Самолет Ту-154М «Дагестанских авиалиний» в декабре прошлого года разбился при посадке в аэропорту Домодедово из-за ошибочных действий экипажа, заявили во вторник в Межгосударственном авиационном комитете. Лайнер выкатился за пределы ВПП и развалился на три части, поскольку, подлетая к земле на одном двигателе, сильно перекосился вправо.

Межгосударственный авиационный комитет (МАК) во вторник обнародовал причины аварии самолета Ту-154М RA, произошедшей в московском аэропорту Домодедово в декабре прошлого года.

Комиссия, проводившая расследование, пришла к выводу, что трагедия произошла вследствие ошибочных действий экипажа при выполнении полета и посадки с одним работающим двигателем, «что привело в инструментальных метеоусловиях к выходу воздушного судна к взлетно-посадочной полосе в непосадочном положении, приземлению самолета на летное поле со значительным перелетом правее ИВПП, выкатыванию и столкновению с земляной возвышенностью».

«Выкатывание и столкновение с возвышенностью вызвали значительные разрушения самолета, гибель и травмирование людей», – говорится в сообщении МАК.

В комитете отмечают, что происшествие обусловили следующие факторы:

• непреднамеренное выключение бортинженером подкачивающих насосов расходного бака при выполнении процедуры ручной перекачки топлива в наборе высоты, что привело к пульсациям мгновенного расхода топлива к двигателям, падению их оборотов, выключению крайних двигателей и проблемам в электропитании самолета в течение 2 минут 23 секунд из-за отказа трех генераторов;

• неиспользование экипажем всех возможностей по восстановлению работоспособности бортового оборудования после восстановления работоспособности генератора № 2 и подключения его, а также генератора ВСУ на бортсеть;

• невыполнение экипажем рекомендаций раздела 5 «Действия в сложных ситуациях», подразделов 5.13 «Полет с двумя неработающими двигателями» и 5.14 «Заход на посадку и посадка с двумя неработающими двигателями» РЛЭ самолета Ту-154М;

• отсутствие со стороны КВС руководства и распределения обязанностей в экипаже и самостоятельные, не во всех случаях верные действия его членов, недостаточная подготовка КВС в области управления ресурсами экипажа (CRM);

• сложная ветровая обстановка по высотам, которая при фактически исправном бортовом оборудовании и сложностях, которые испытывал экипаж при пилотировании по дублирующим приборам, дополнительно способствовала уклонению воздушного судна от посадочного курса;

• недостаточная профессиональная подготовка как экипажа в целом, так и каждого его члена в отдельности к действиям в аварийных и сложных ситуациях, предусмотренных РЛЭ самолета Ту-154М;

• невыполнение разработанных по результатам расследований инцидентов рекомендаций, направленных на предотвращение ошибочных действий бортинженера, приводящих к непреднамеренному выключению подкачивающих насосов расходного бака в полете.

«Конечно, в обилии выключателей можно что-то не так включить, – прокомментировал газете ВЗГЛЯД летчик-испытатель, заслуженный летчик России Михаил Марков. – Но на Ту-154 слабаки не летают, там очень опытные люди, которые эти операции делают каждый день и не по разу. Это уровень ошибки начинающего, которого не подпустят к эксплуатации».

«У бортинженера на пульте очень много всего, – продолжил он. – И на топливной системе много переключателей и лампочек, в том числе топливомер. Бортинженеры часто этим пользуются, чтобы поддержать баланс, – хотя автоматика работает, но вручную это оперативнее. Трудно сказать, в каком темпе должен был работать инженер, сколько операций выполнять одновременно, чтобы так ошибочно выключить подкачивающие насосы. Топливная система непростая, любое ошибочное действие чревато тем, что ты можешь двигатель без топлива оставить.

Вообще, у Ту-154 были проблемы с топливными системами, было очень много доработок. Было два случая, когда самолеты сажались с полными баками и с отсутствием топлива в расходных баках».

Эксперт отметил, что выполнение посадки в условиях, в которых оказался экипаж, требует очень большого профессионализма. «Во-первых, они заходили, не видя полосы, – сказал он. – Во-вторых, представьте себе, почти стотонная машина и полторы сотни человек за спиной, психологически это очень непросто. Кроме того, экипажам гражданской авиации не дают тренировок на посадку без двигателей. На мой взгляд, то, что они посадили самолет в таких условиях, говорит о большом самообладании».

При этом Марков скептически отнесся к пунктам о недостаточной подготовке экипажа из отчета комиссии: «Этот штамп всегда будет. Ни один чиновник, который добросовестно или недобросовестно проводил расследование авиакатастрофы, не воздержится от серии штампов: недостаточная подготовленность, недооценка условий, самоустранение командира от контроля. Я вас уверяю, ни одно расследование без этих штампов вы не увидите», – заключил эксперт.

Как сообщала газета ВЗГЛЯД, Ту-154 «Дагестанских авиалиний», выполнявший рейс из Внуково в Махачкалу, совершил аварийную посадку в аэропорту Домодедово 4 декабря прошлого года. При посадке самолет на 400 метров выкатился за пределы взлетной полосы, столкнулся с земляным холмом и развалился на три части. На борту были 163 пассажира и девять членов экипажа. Погибли два человека: брат президента Дагестана и мать судьи Конституционного суда РФ, – более 80 получили ранения различной степени тяжести.

Следственные органы возбудили уголовное дело по ч. 3 ст. 263 УК РФ («Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта»).

В авиакомпании «Дагестанские авиалинии» заявили, что самолет проходил капитальный ремонт в 2009 году.

«Взлетели мы благополучно, – рассказывал бортинженер аварийного самолета Владимир Щекочихин. – Но на высоте 7800 метров резко упало давление топлива. Заглохли два двигателя. Вырубилось электрооборудование. Затем при снижении заглох и третий двигатель. Но ближе к земле один из двигателей снова заработал. Правда, с перебоями. Это позволило мне на высоте 3000 метров запустить вспомогательную силовую установку, которая восстановила энергосистему самолета. Благодаря этому мы сели», – рассказал бортинженер.

При этом он заявлял, что все необходимые системы, в том числе и насос подкачки топлива, он включил. «Как и положено, во время предполетной подготовки я включил насос подкачки топлива и доложил об этом командиру. Если бы я не включил насос, двигатель просто не завелся бы. Все «Тушки» сейчас переведены на автоматическое включение насосов подкачки топлива», – подчеркнул он.